Цхинвал не узнать! Из некогда уютного с индивидуальным лицом маленького города он превратился в перекопанное, обезображенное пространство, давящее и гнетущее летом вездесущей пылью, осенью всепроникающей грязью, а зимой ледово-грязевыми непреодолимыми нагромождениями. Иду по одной из таких улиц. Машины тащатся, одна за другой пыхтя, буксуя, и виляя. Всё слилось в единое целое, проезжая часть, тротуар и газон. Всё одинаково грязно. Справа зияет пустыми глазницами окон сгоревшее здание университета с лохмотьями сетки, свидетельствующей о том, что когда-то у кого-то были намерения здание это восстановить. Интересно, обо что разбились эти намерения? Там, где был тротуар, медленно идёт уже старый человек. Идёт очень осторожно, пытаясь получше разглядеть свой путь, чтобы не поскользнуться или не угодить в грязь. До школы №3, куда он направляется, и где он отработал более полвека, остаётся метров двести, но впереди вырыта непонятной формы и назначения траншея, которую без чужой помощи ему не преодолеть. Человек остановился и пытается через толстые очки разглядеть, кого-нибудь из знакомых, кто бы смог ему помочь преодолеть эту преграду. Я подошёл к нему. Он долго не мог меня узнать и щурился сквозь очки. Наконец он произнёс: «О-о-о, дорогой мой». Я обнял его, как можно обнять своего старого отца или человека, перед которым в знак благодарности можно стать на колени. Это именно такой человек. Это человек, который видел жизнь и учил жизни. Человек, который был образцом мужества, порядочности и чести. О таких говорят - соль земли. Казбек Григорьевич Бетеев! Если спросить любого жителя Цхинвала, кто такой Казбек Григорьевич, получим однозначный ответ: «Это человек с большой буквы».

Он посвятил всю свою жизнь делу воспитания человека. Нет ни одного выпускника школы №3, да и просто человека знающего его, который бы с глубочайшим почтением не склонил головы при упоминании Казбека Григорьевича.

Безмерно любящий свой народ и являющийся одним из ярких его представителей. Казбек Григорьевич человек большой души, о чём свидетельствует то, каких он воспитал сыновей, и как он лелеял отношения со своей горячо любимой супругой Галиной Павловной Фроловой, с которой он прожил в любви и согласии.

Казбек Григорьевич представляет собой старую узнаваемую везде цхинвальскую интеллигенцию, проникнутую высокой культурой и достоинством. Человек разносторонний, он и Цхинвал помнит другим. Тихим, спокойным, чистым и родным городом. Цхинвал был как одна большая семья, где все знали, кто есть кто, и где царило взаимоуважение. Изменилось всё. Изменились нравы, взаимоотношения, ценности. На смену общепонятным, традиционным, выверенным временем отношениям пришли новые, не всегда понятные поколению Казбека Григорьевича ценности. Не стало супруги, ушли друзья, единомышленники. Время берёт своё. Этот, олицетворяющий собою мужество, человек, крепко стоящий на мощных ногах, стал ещё одним из представителей старшего поколения, нуждающимся во внимании и помощи. А сколько благодарных ему людей разбросано по свету. Если бы от каждого из них хоть раз прозвучало самое простое «спасибо», это было бы самым большим подарком и самым большим счастьем для Казбека Григорьевича. Ведь он всегда всё делал от чистого сердца и бескорыстно. Однако жизнь сегодня отвернулась от простых человеческих ценностей, они нынче не в моде. И ходят среди нас старики и старушки, прожившие скромную, но героическую жизнь, никем не узнаваемые. Люди, для которых общество не нашло нужных почестей и слов… Я взял под руку моего учителя, одного из самых уважаемых мной людей. Мы вместе обошли траншею. Я, как   обычно, посетовал на чрезмерную занятость, а он, как всегда, великодушно меня понял. Глядя вслед медленно удаляющемуся Казбеку Григорьевичу, я думал, как мало надо обществу усилий, чтобы люди, бывшие лицом и сутью народа, не были настолько зависимы и забыты, и как редко общество о них вспоминает. Уважаемый Казбек Григорьевич! Простите нас за излишнюю занятость, политизированность, чёрст-вость и невнимание. Вы и ваше поколение ведь великодушны.

Живите, пожалуйста, долго. Мы вас все-таки любим. Нам же, дай Бог, не искать причин, оправдывающих наше к вам невнимание и мудрости понять, что мы богаты - пока вы у нас есть.

Мераб ЗАССЕТЫ