Джиоева Джульетта Сардионовна, 1959 г. р., жительница Цхинвала

Я вспоминаю день 8 августа, да и все последующие несколько дней, как кошмарный сон. Сердце сжимается от беспросветной тоски, боль в груди со временем не становится тише. В голове до сих пор крутится один вопрос — неужели человек может так жестоко поступать с людьми, живыми людьми, уничтожая беспомощных детей, стариков, женщин? Человек, в моем понимании этого слова, не способен на такое действо, противоречащее всем канонам человеческой жизни.

Я, как и многие мирные граждане, оставшиеся в те ужасные дни в Цхинвале, провела все это время в подвале с соседями. Мне повезло хотя бы в том, что мои дети и внуки на тот момент находились во Владикавказе и были в безопасности.

Обстрел города, довольно сильный, продолжался уже несколько дней, но мы думали, что это скоро прекратится, как обычно и случалось. Дочь с двумя детьми, одному из которых было всего лишь четыре месяца, гостившая у меня на тот момент, ни в коем случае не хотела уезжать.

Безмерно благодарна таксисту, который откликнулся на мою просьбу и приехал за ней уже восьмого августа днем. К счастью, они успели выехать до того, как начался весь этот ужас, по-другому происходящее я не могу назвать.

Мы бежали в подвал, который стал нашим спасением, бежали под свистом пуль и под взрывами снарядов такой мощности, что, казалось, земля переворачивается. Наш сосед погиб прямо у нас на глазах, когда пытался добраться до подвала, его тело так и пролежало несколько дней на улице, невозможно было до него добраться.

Подвал был переполнен людьми настолько, что большинству из нас часами приходилось стоять на ногах. В этом холодном и сыром подвале находились не только женщины и старики, здесь было очень много детей, в том числе и грудных. Они были перепуганы, как и все мы, взрослые, мы никак не могли их успокоить.

Не было воды и еды, самые смелые подростки выбегали, когда обстрел немножко стихал, приносили продукты из уцелевших квартир.

Прошло более трех лет, но до сих пор в ушах стоит тот пронзительный детский плач, который продолжался часами. До сих пор чувствую тот безумный ужас, который накатывает волной, когда я вспоминаю те дни.

Я не знаю, как мы смогли выдержать все это, не знаю и того, как получилось, что ни один грузинский убийца не нашел тот подвал, ни один снаряд не упал настолько близко, чтобы причинить нам вред.

Мы выжили чудом, благодаря героизму осетинских и российских солдат, которые ради спасения наших жизней отдали свои жизни. Благодаря журналистам, которые работали в тяжелейших условиях, несмотря ни на что, мир узнал, что на самом деле здесь происходило. Во имя всех этих людей, мы должны стать добрее, сильнее, сплоченнее и строить наше красивое независимое государство вопреки всем преградам и трудностям, которые стоят перед нами.